Группа государств недавно официально подтвердила участие в расширенном соглашении о создании Специального трибунала по преступлению агрессии против Украины. Эксперты отмечают: это важный шаг к привлечению к ответственности за агрессию, но до реальной работы суда остаются годы подготовки и множество препятствий.
Идея перешла от теории к практике — но предстоит много работы
Юристы и правоведы приветствуют создание трибунала как шаг к ответственности за агрессию. При этом они подчёркивают, что подписание соглашения — лишь начало: нужно пройти процесс ратификации в национальных парламентах, сформировать управляющие органы, отобрать судей и разработать процедуры выдвижения кандидатов на должности судей и прокуроров.
Эксперты отмечают многочисленные правовые и практические проблемы: вопросы юрисдикции, согласование процедур, обеспечение судебных гарантий, а также поиск стабильного финансирования и логистики для работы суда.
Финансирование и дополнительные расходы при возможном аресте руководителей
После ратификации соглашения потребуется найти источники средств на функционирование трибунала. По оценкам специалистов, ежегодный бюджет может составлять десятки миллионов евро — в примерных пределах 50–100 млн евро и более в зависимости от масштаба работы.
Если в перспективе выяснится, что ключевые обвиняемые будут арестованы и содержаться в следственных изоляторах в городе, где расположен суд, расходы существенно возрастут: потребуются значительные затраты на безопасность и содержание под стражей, что может добавить к бюджету десятки миллионов в год.
Первые приговоры не ожидаются в ближайшие годы
Даже при быстром урегулировании организационных и финансовых вопросов эксперты предупреждают, что до вынесения приговоров пройдёт много времени. Если основной состав суда будет сформирован к 2027 году и обвинительные заключения появятся в тот же период, практика показывает, что рассмотрение дел верховного руководства и окончательные приговоры могут занять годы из‑за необходимости обеспечивать справедливое разбирательство и возможность апелляции.
Сравнение с предыдущими международными процессами показывает: от политического старта до первых судебных слушаний может пройти несколько лет, а до окончательных приговоров — нередко десятилетие. Поэтому ожидать приговоров прежде 2030 года было бы крайне оптимистично.
Может ли трибунал стать инструментом давления в переговорах?
Успех трибунала во многом политический: он будет действенным только при поддержке ключевых международных игроков. Без такой поддержки решения могут оставаться главным образом декларативными, давая моральное удовлетворение жертвам и создавая исторический прецедент.
Некоторые эксперты отмечают, что статус и деятельность трибунала могут использоваться в дипломатических переговорах: приостановка процессов или изменение процедуры может рассматриваться как условие для получения от стороны, против которой выдвигаются обвинения, определённых уступок. В принятых документах предусмотрено, что действующих руководителей государств можно будет привлекать к ответственности в основном заочно, а обвинительные заключения утверждаются после того, как они покинут свои должности.
Таким образом, в ближайший период наиболее вероятными выглядят заочные процессы и длительная подготовка к полноценным судебным разбирательствам — при сохранении политической воли и финансирования со стороны государств‑участников.
