Падение цен на нефть после открытия Ормузского пролива осложнило ситуацию с бюджетом

Открытие Ормузского пролива и выход на рынок дополнительных танкеров привели к резкому снижению мировых котировок. Российский сорт Urals потерял в цене, что снизит нефтегазовые поступления в бюджет и увеличит риск дефицита во второй половине года.

Открытие Ормузского пролива и выход на мировой рынок дополнительной партии ближневосточной нефти привели к заметному снижению котировок. По расчетам аналитиков, сорт Urals опустился примерно до $50 за баррель, в то время как эталонный Dated Brent снижался до примерно $72. Это означает, что дисконт Urals относительно Brent держится на уровне около $22 за баррель.

Что это значит для бюджета

Средняя цена Urals за июнь, которая ляжет в основу расчета нефтегазовых налогов, оценивается примерно в $63 за баррель. Это существенно ниже майской средней и заметно уступает рекордным апрельским значениям. В результате поступления от нефтегазового сектора сократятся по сравнению с планом.

Основные риски и возможные меры

  • Усиление дефицита бюджета во второй половине года — эксперты ожидают роста нагрузки к августу–сентябрю.
  • Власти могут быть вынуждены увеличивать денежную массу для покрытия дефицита.
  • Не исключается рассмотрение непопулярных мер после выборов, в том числе дополнительных налогов на сверхдоходы.

Ситуацию частично сглаживает рекордный экспорт сырой нефти: компании на пределе возможностей наращивают отгрузки через порты. Однако остается вопрос, какой объём действительно идет на экспорт, а какой направляется на переработку с последующим импортом нефтепродуктов.

В первоначальной версии бюджета на 2026 год Минфин закладывал примерно 8,8 трлн рублей нефтегазовых доходов. За первые пять месяцев наблюдается существенное падение поступлений — порядка 30% в годовом выражении. По оценкам контролирующих органов, по итогам года возможен недобор около 1 трлн рублей, и прогноз нефтегазовых доходов уже пересматривается в сторону снижения.

В итоге текущее снижение цен на нефть повышает неопределенность для финансового планирования и усиливает риск того, что властям придется принимать дополнительные бюджетные и фискальные решения.